<?xml version="1.0" encoding="UTF-8"?>
<!DOCTYPE article PUBLIC "-//NLM//DTD JATS (Z39.96) Journal Publishing DTD v1.3 20210610//EN" "JATS-journalpublishing1-3.dtd">
<article article-type="research-article" dtd-version="1.3" xmlns:mml="http://www.w3.org/1998/Math/MathML" xmlns:xlink="http://www.w3.org/1999/xlink" xmlns:xsi="http://www.w3.org/2001/XMLSchema-instance" xml:lang="ru"><front><journal-meta><journal-id journal-id-type="publisher-id">gscience</journal-id><journal-title-group><journal-title xml:lang="ru">Горные науки и технологии</journal-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Mining Science and Technology (Russia)</trans-title></trans-title-group></journal-title-group><issn pub-type="epub">2500-0632</issn><publisher><publisher-name>The National University of Science and Technology MISiIS (NUST MISIS)</publisher-name></publisher></journal-meta><article-meta><article-id pub-id-type="doi">10.17073/2500-0632-2024-01-210</article-id><article-id custom-type="elpub" pub-id-type="custom">gscience-633</article-id><article-categories><subj-group subj-group-type="heading"><subject>Research Article</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="ru"><subject>ТЕХНОЛОГИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ</subject></subj-group><subj-group subj-group-type="section-heading" xml:lang="en"><subject>TECHNOLOGICAL SAFETY</subject></subj-group></article-categories><title-group><article-title>Влияние сорбционных свойств калийных солей на газовую обстановку в тупиковых горных выработках</article-title><trans-title-group xml:lang="en"><trans-title>Influence of the sorption properties of potash salts on the gas environment in dead-end mine workings</trans-title></trans-title-group></title-group><contrib-group><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0000-0001-9352-5612</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Стариков</surname><given-names>А. Н.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Starikov</surname><given-names>A. N.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Алексей Николаевич Стариков – аспирант; инженер отдела аэрологии и теплофизики</p><p>г. Пермь</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Alexey N. Starikov – PhD-Student; Engineer of the Department of Aerology and Thermophysics</p><p>Perm</p></bio><email xlink:type="simple">starikov4488@mail.ru</email><xref ref-type="aff" rid="aff-1"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0009-0002-9887-1455</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Мальцев</surname><given-names>С. В.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Maltsev</surname><given-names>S. V.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Станислав Владимирович Мальцев – кандидат технических наук, заведующий сектором рудничной вентиляции отдела аэрологии и теплофизики</p><p>г. Пермь</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Stanislav V. Maltsev – Cand. Sci. (Eng.), Head of the Mine Ventilation Sector of the Department of Aerology and Thermophysics</p><p>Perm</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib><contrib contrib-type="author" corresp="yes"><contrib-id contrib-id-type="orcid">https://orcid.org/0009-0002-7960-8344</contrib-id><name-alternatives><name name-style="eastern" xml:lang="ru"><surname>Суханов</surname><given-names>А. Е.</given-names></name><name name-style="western" xml:lang="en"><surname>Sukhanov</surname><given-names>A. E.</given-names></name></name-alternatives><bio xml:lang="ru"><p>Андрей Евгеньевич Суханов – аспирант, младший научный сотрудник отдела аэрологии и теплофизики</p><p>г. Пермь</p></bio><bio xml:lang="en"><p>Andrey E. Sukhanov – PhD-Student, Junior Researcher at the Department of Aerology and Thermophysics</p><p>Perm</p></bio><xref ref-type="aff" rid="aff-2"/></contrib></contrib-group><aff-alternatives id="aff-1"><aff xml:lang="ru">Пермский федеральный исследовательский центр УрО РАН;&#13;
Горный институт УрО РАН<country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en">Perm Federal Research Center of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences;&#13;
Mining Institute of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences<country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><aff-alternatives id="aff-2"><aff xml:lang="ru">Горный институт УрО РАН<country>Россия</country></aff><aff xml:lang="en">Mining Institute of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences<country>Russian Federation</country></aff></aff-alternatives><pub-date pub-type="collection"><year>2025</year></pub-date><pub-date pub-type="epub"><day>18</day><month>04</month><year>2025</year></pub-date><volume>10</volume><issue>1</issue><fpage>25</fpage><lpage>33</lpage><permissions><copyright-statement>Copyright &amp;#x00A9; Стариков А.Н., Мальцев С.В., Суханов А.Е., 2025</copyright-statement><copyright-year>2025</copyright-year><copyright-holder xml:lang="ru">Стариков А.Н., Мальцев С.В., Суханов А.Е.</copyright-holder><copyright-holder xml:lang="en">Starikov A.N., Maltsev S.V., Sukhanov A.E.</copyright-holder><license license-type="creative-commons-attribution" xlink:href="https://creativecommons.org/licenses/by/4.0/" xlink:type="simple"><license-p>This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.</license-p></license></permissions><self-uri xlink:href="https://mst.misis.ru/jour/article/view/633">https://mst.misis.ru/jour/article/view/633</self-uri><abstract><p>Результаты газовоздушных съемок, выполняемых на рудниках Верхнекамского месторождения калийных и магниевых солей, показывают, что объем газообразных примесей, фиксируемый в главных вентиляционных штреках рудника, зачастую значительно меньше, чем в рабочих зонах тупиковых выработок. Феномен снижения газовых примесей по пути движения вентиляционной струи воздуха на калийных рудниках во многих исследованиях связывают не только с разбавлением вредных примесей утечками свежего воздуха с воздухоподающих штреков, но и с нейтрализацией газов за счет их химических реакций с калийным массивом. Результаты исследований, проведенных ранее в лабораторных условиях, показали, что сильвинит (NaCl + KCl) способен поглощать примеси токсичных и горючих газов. На основе результатов лабораторного изучения в рамках настоящей работы проведены исследования в условиях реального рудника, учитывающие динамику газовых примесей в атмосфере горных выработок и фактор разбавления газовых примесей утечками воздуха. В рамках работы выполнены замеры концентрации горючих и токсичных газов на продуктивных пластах разного минерального состава на одном из рудников ВМКМС для оценки влияния свойств калийных солей на газовый баланс в тупиковых выработках большой протяженности. Выполнен анализ степени влияния свойств калийного массива на изменение концентрации горючих и токсичных газов в выработках по пути движения вентиляционной струи воздуха. Анализ отобранных образцов воздуха проводился в лабораторных условиях. Концентрация горючих газов, оксида и диоксида углерода, содержащихся в отобранных образцах воздуха, производилась хроматографическим методом на приборе «ХРОМОС ГХ-1000». Оценена доля влияния нейтрализации газа и разбавления утечками вентиляционного трубопровода на снижение количества горючих и токсичных газов в исходящей из рабочей зоны струе воздуха. В результате проведенных экспериментов установлено, что в протяженных тупиковых камерах пласта АБ (100 м и более) количество газовых примесей снижается по протяженности выработки от тупика к устью. При проведении исследований учтены факторы, способные повлиять на снижение концентрации газа в рабочей зоне.</p></abstract><trans-abstract xml:lang="en"><p>The results of gas-air surveys conducted at the mines of the Verkhnekamsk potassium-magnesium salt deposit indicate that the volume of gaseous impurities recorded in the main ventilation drifts is often significantly lower than in the working areas of dead-end workings. Many studies attribute the reduction of gas impurities along the ventilation airflow path in potash mines not only to the dilution of harmful impurities due to fresh air leakage from intake drifts but also to the neutralization of gases through chemical reactions with the potash rock mass. Previous laboratory studies have shown that sylvinite (NaCl + KCl) is capable of absorbing impurities of toxic and combustible gases. Based on these laboratory findings, the present study was conducted under real mining conditions, taking into account the dynamics of gas impurities in the underground atmosphere and the dilution effect caused by air leakage. As part of this study, measurements of combustible and toxic gas concentrations were conducted in productive seams of varying mineral composition at one of the mines of the Verkhnekamsk potassium-magnesium salt deposit to assess the influence of potash salt properties on the gas balance in long dead-end workings. An analysis was conducted to assess the extent to which the properties of the potash rock mass influence changes in the concentration of combustible and toxic gases in the workings along the ventilation airflow path. The collected air samples were analyzed under laboratory conditions. The concentration of combustible gases, carbon monoxide, and carbon dioxide in the collected air samples was determined using gas chromatography with the CHROMOS GX-1000 instrument. The contribution of gas neutralization and dilution due to leakage from the ventilation ducting to the reduction of combustible and toxic gases in the outgoing airflow from the working area was evaluated. The results of the conducted tests established that in long dead-end chambers of seam AB (100 m or more), the volume of gaseous impurities decreases along the length of the working from the dead end to the entry. The study accounted for factors that could influence the reduction of gas concentration in the working area.</p></trans-abstract><kwd-group xml:lang="ru"><kwd>рудник</kwd><kwd>газовый режим</kwd><kwd>пробы</kwd><kwd>концентрация газа</kwd><kwd>сорбция</kwd><kwd>утечки</kwd><kwd>газовая съемка</kwd><kwd>сильвинит</kwd><kwd>калийный массив</kwd><kwd>метан</kwd><kwd>оксид углерода</kwd><kwd>диоксид углерода</kwd><kwd>сероводород</kwd><kwd>проветривание</kwd><kwd>рудничная вентиляция</kwd></kwd-group><kwd-group xml:lang="en"><kwd>mine</kwd><kwd>gas regime</kwd><kwd>samples</kwd><kwd>gas concentration</kwd><kwd>sorption</kwd><kwd>leakage</kwd><kwd>gas survey</kwd><kwd>sylvinite</kwd><kwd>potash rock mass</kwd><kwd>methane</kwd><kwd>carbon monoxide</kwd><kwd>carbon dioxide</kwd><kwd>hydrogen sulfide</kwd><kwd>ventilation</kwd><kwd>mine ventilation</kwd></kwd-group><funding-group xml:lang="ru"><funding-statement>Работа выполнена в рамках крупного научного проекта при финансовой поддержке Минобрнауки России (соглашение № 075-15-2024-535 от 23.04.2024).</funding-statement></funding-group></article-meta></front><body><sec><title>Влияние сорбционных свойств калийных солей на газовую обстановку в тупиковых горных выработках</title></sec><sec><title>Введение</title><p>Разработка Верхнекамского месторождения калийных и магниевых солей (ВМКМС) ведется механизированным способом с помощью проходческо-очистных комбайновых комплексов. Отработка запасов таким способом почти всегда сопровождается высвобождением горючих и токсичных газов из массива в процессе его разрушения. Кроме того, источниками выделения газа являются отбитая руда, складируемая в бункере-перегружателе и самоходном вагоне, а также сам прилегающий к выработкам обнаженный калийный массив. При этом на создание значительной концентрации газа в атмосфере горной выработки влияет выделение свободных газов из массива. Основной состав свободных газов ВМКМС: горючие – метан CH4 и водород H2; токсичные – сероводород H2S. Кроме того, работа двигателей внутреннего сгорания, сварочные работы и т.д. служат источником накопления в рудничной атмосфере окиси углерода CO и других токсичных газовых примесей[1] [<xref ref-type="bibr" rid="cit1">1</xref>].</p><p>Разбавление и вынос вредных примесей, выделяющихся в рабочих зонах, т.е. создание безопасной среды для нормальной физиологической деятельности человека, обеспечивается проветриванием.</p><p>Свежая струя воздуха, омывая рабочую зону, выносит выделившиеся вредности по вентиляционным штрекам к вентиляционному стволу и на поверхность. Газовые съемки на рудниках ВМКМС выполняются для определения газообильности рабочих зон. Полученные значения относительной газообильности непосредственно влияют на расчет требуемого количества свежего воздуха для проветривания горной выработки. Определение корректных значений концентрации горючих и ядовитых газов в атмосфере горной выработки крайне важно для создания эффективного проветривания рабочих зон рудника и обеспечения безопасных условий.</p><p>Статистическая обработка многолетних результатов газовоздушных съемок, проведенных на рудниках ВМКМС, показывает, что объем газовых примесей, фиксируемый в главных вентиляционных штреках, зачастую оказывается значительно меньше, чем в тупиковых забоях [<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>].</p><p>Процесс снижения объема газовых примесей по пути движения вентиляционной струи не всегда можно объяснить только разбавлением загрязненного воздуха утечками с воздухоподающих выработок. Феномен снижения концентрации газовых примесей по пути движения вентиляционной струи на калийных рудниках и ранее обращал на себя внимание в некоторых исследованиях. Так, в работе Медведева И.И. и Красноштейна А.Е. [<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>] описана способность калийных солей активно сорбировать газообразные примеси из рудничной атмосферы. Природу процесса нейтрализации газа авторы связывают с естественной радиоактивностью калийных руд, которая способствует запуску химических реакций между молекулами газа и молекулами минеральных частиц на поверхности массива. В работе Селивановой С. А.[2] также был описан процесс сорбции калийной солью вредных примесей из воздушной среды путем ряда хемосорбционных процессов, проявляющихся химическими реакциями под воздействием каталитического эффекта ионизирующего излучения изотопа Калий-40 и высокой гигроскопичности калийной соли. Возможность поглощения калийными солями газообразных неорганических и органических веществ также описана в работе [<xref ref-type="bibr" rid="cit4">4</xref>], где результаты исследования помогли создать подземный аллергологический стационар в действующем калийном руднике. Процессы самоочищения воздуха в соляных шахтах под влиянием свойств минерального состава горного массива описывались ранее в работах [5, 6]. Кроме того, в зарубежной литературе природу процесса самоочищения воздуха в соляных шахтах связывают с силами межмолекулярного притяжения [7, 8].</p><p>Результаты экспериментальных исследований, представленных в работе [<xref ref-type="bibr" rid="cit9">9</xref>], подробно показали, что сильвинит (NaCl + KCl) способен поглощать примеси токсичных и горючих газов. В работе проведен анализ природы процессов сорбции газов калийными солями, а также сделано предположение, что естественная радиоактивность играет не основную роль в процессах поглощения газа калийным массивом. Выдвинута гипотеза, что в основе процесса сорбции газов калийным массивом лежат силы межмолекулярного взаимодействия [<xref ref-type="bibr" rid="cit10">10</xref>].</p><p>Если процессы поглощения калийными солями газообразных примесей из рудничной атмосферы могут влиять на газовый баланс в пределах тупиковой выработки, то возникает необходимость учета этих процессов при проведении газовоздушной съемки, а именно при отборе проб воздуха в тупиковой выработке [<xref ref-type="bibr" rid="cit11">11</xref>]. Учитывая сведения о том, что массив горных пород может активно поглощать газообразные примеси, можно предположить, что количество газа в воздухе одной рабочей зоны может локально меняться в зависимости от расстояния от источника газовыделения. Риск фиксации некорректных значений концентрации газа вследствие изменения его концентрации по длине выработки может привести к неверному расчету количества требуемого воздуха и повлиять на безопасность ведения горных работ. В связи с этим необходимо более детально разобраться с газовой обстановкой в пределах тупиковой камеры.</p><p>Исследования авторов работы [<xref ref-type="bibr" rid="cit9">9</xref>], выполненные в лабораторных условиях, подтверждают способность калийных солей сорбировать горючие и ядовитые газы. Целью настоящего исследования является анализ динамики снижения концентрации газовых примесей в условиях подземных горных выработок калийного рудника. Основными задачами исследования являются проведение серии экспериментальных наблюдений в условиях действующего калийного рудника, анализ степени воздействия сорбционных свойств калийных солей на газовую обстановку, а также оценка воздействия утечек воздуха вентиляционного трубопровода на снижение концентрации газовых примесей в пределах тупиковых горных выработок.</p><p>[<xref ref-type="bibr" rid="cit1">1</xref>] Ушаков К. З., Бурчаков А. С., Медведев И. И. Рудничная аэрология. М.: Недра; 1978.</p><p>[<xref ref-type="bibr" rid="cit2">2</xref>] Селиванова С. А. Гигиенические особенности формирования и оптимизация физико-химических условий внутренней среды сильвинитовых сооружений. [Дисс. канд. мед. наук] Пермь: Пермский государственный медицинский университет им. академика Е. А. Вагнера; 2019.</p></sec><sec><title>Методы наблюдений</title><p>В настоящей работе описано проведение серии экспериментов в очистных тупиковых выработках большой протяженности (более 100 м) на одном из рудников ВМКМС для анализа зависимости изменения концентрации горючих и ядовитых газов по пути удаления вентиляционной струи воздуха от источника газовыделения (от забоя до устья камеры). Исследования проводились на продуктивных пластах АБ и Кр-II для оценки влияния породного массива разного минерального состава на изменение концентрации газов в выработке.</p><p>Общий принцип исследования состоял в отборе проб воздуха и измерении количества проходящего воздуха в нескольких точках по всей длине тупиковой очистной выработки. Все измерения в рамках эксперимента выполнялись во время работы добычного оборудования и при стабильном режиме вентиляции.</p><p>Отбор проб воздуха выполнялся для оценки концентрации горючих и токсичных газов в атмосфере горной выработки, а измерение количества воздуха – для определения количества газа и оценки количества утечек вентиляционного трубопровода. Отбор проб воздуха для определения концентрации горючих газов производился «мокрым способом». «Мокрый способ» является традиционным при отборе проб для определения труднорастворимых газов (CH4, H2, СО, CO2) [<xref ref-type="bibr" rid="cit12">12</xref>]. Отбор пробы совершается методом замещения с помощью стеклянной емкости объемом 0,7 дм3, наполненной водой (рис. 1). Для определения концентрации растворимых газовых примесей (H2S, NO и NO2) в рудничной атмосфере отбор проб совершается посредством медицинских шприцов емкостью 0,15 дм3. Перед отбором проб внутрь шприца с помощью пипетки вводят 7 см3 поглотительного раствора молибденовокислого аммония и закрывают пробоотборник заглушкой (рис. 2).</p><p>Рис. 1. Пробоотборник для определения концентрации горючих газов</p><p>Рис. 2. Пробоотборник для определения концентрации сероводорода H2S</p><p>В местах отбора пробы пробоотборник-шприц размещают вертикально, снимают заглушку в виде медицинского шприца. Одним движением поршня вниз отбирают пробу воздуха до деления 0,15 дм3, закрывают пробоотборник заглушкой, помещают в футляр для доставки пробы в лабораторию[3].</p><p>Замеры проводились согласно методике проведения газовой съемки. В каждой точке отбиралось не менее трех проб воздуха (рис. 3) для определения среднего количества газа, проходящего по выработке. После проведения замеров пробы воздуха в течение 2 ч доставлялись в лабораторию и не позднее 12 ч с момента отбора подвергались анализу.</p><p>Рис. 3. Способ отбора проб</p><p>Анализ отобранных образцов воздуха проводился в лабораторных условиях. Разделение горючих газов CH4 и H2, оксида CO и диоксида CO2 углерода, содержащихся в отобранных образцах воздуха, производилось хроматографическим методом на приборе «ХРОМОС ГХ-1000». Принцип действия хроматографа заключается в разделении пробы воздуха на отдельные химические компоненты и определении их количества при помощи детектора. Далее при помощи программного обеспечения прибора измерялась объемная доля каждого из компонентов[4].</p><p>Анализ массовой концентрации сероводорода H2S выполнялся фотометрическим методом с реактивом молибдатом аммония с помощью фотоэлектрического колориметра – КФК-3КМ. Такой метод основан на измерении оптической плотности соединения, полученного при поглощении сероводорода из воздуха раствором молибденовокислого аммония [<xref ref-type="bibr" rid="cit13">13</xref>]. Массовую концентрацию сероводорода определяли по градуированной зависимости «оптическая плотность – массовая концентрация».</p><p>Все измерения проводились по аттестованным методикам измерений[5] с применением средств измерений утвержденного типа, прошедших поверку.</p><p>Для проведения экспериментов были выбраны рабочие зоны по разным продуктивным пластам на одном из рудников ВМКМС. Натурные измерения проводились в три этапа: первый этап замеров – по пласту Кр-II, второй и третий – по пласту АБ. Основным условием при выборе рабочих зон для проведения эксперимента была тупиковая выработка большой протяженности – более 100 м. Выбранные рабочие зоны располагались в пределах одного выемочного участка (панели), где велись подготовительные горные работы для отработки нового выемочного блока, чем и обусловлена большая протяженность выработок.</p><p>Принцип эксперимента предполагал равномерное и единовременное проведение измерений в нескольких точках по всей длине камеры, как показано на рис. 4.</p><p>Рис. 4. Схема проведения замеров по пласту Кр-II</p><p>[<xref ref-type="bibr" rid="cit3">3</xref>] Лаптев В. Н., Казаков Б. П., Левин Л. Ю., Норина Н. В. и др. Устройство для отбора газовых проб в рудниках на содержание сероводорода. Патент на полезную модель. 2014.Лаптев В. Н., Исаевич А. Г., Норина Н. В. и др. Устройство для непрерывного отбора газо-воздушной смеси за заданный промежуток времени. Патент на полезную модель. 2015.</p><p>[<xref ref-type="bibr" rid="cit4">4</xref>] Чудин Е. А. Программа для ЭВМ. Программный модуль управления термостатом колонок газового хроматографа.</p><p>[<xref ref-type="bibr" rid="cit5">5</xref>] ФР.1.31.2022.42903 ГСИ. Методика измерений объемной доли кислорода, метана, диоксида углерода и массовой концентрации оксида углерода, сероводорода, окисла азота и диоксида азота в атмосфере горных выработок и определения газообильности по горючим газам в горных выработках и шахте в целомФР.1.31.2022.44212 Методика измерений массовой концентрации сероводорода (гидросульфида, водород сульфида) с реактивом молибдатом аммония)</p><p>Первый этап исследований включал в себя серию замеров в рабочей зоне по пласту Кр-II. Основной минеральный состав данного пласта состоит из хлорида калия KCl – 29 % и хлорида натрия NaCl – 66 % [<xref ref-type="bibr" rid="cit14">14</xref>]. При проведении первого этапа замеров расстояние от устья камеры до забоя составляло 180 м. Комплекс добычного оборудования, действующего в рабочей зоне, включал в себя: проходческий комбайн Урал-20р, бункер-перегружатель БПС-25 и шахтный самоходный вагон ВС-30. Техническая производительность такого комплекса составляет 6–8 т/мин. Проветривание рабочей зоны осуществлялось с помощью вентилятора местного проветривания ВМЭ-6. Вентилятор располагался на выемочном штреке, воздух к забою доставлялся нагнетательным способом с помощью гибкого вентиляционного става диаметром 500 мм (см. рис. 4). Производительность данного вентилятора с таким диаметром и длиной трубопровода составляет 190–200 м3/мин. Скорость проходки указанным комбайновым комплексом в среднем составляет 30 м/смену. Отбор проб в рабочей зоне производился в третью добычную смену спустя 30 мин после начала работы добычного оборудования непосредственно во время его работы. В пределах камеры выбраны 4 точки для проведения замеров от забоя через каждые 50 м к устью.</p><p>Второй этап эксперимента проводился в тупиковой камере по пласту АБ. Минеральный состав данного продуктивного пласта отличается от минерального состава по пласту КР-II повышенным содержанием хлорида калия KCl – до 39 %. Эксперимент проводился в тупиковой горной выработке длиной 130 м. В рабочей зоне в момент проведения замеров находился в работе комбайновый комплекс в составе проходческого комбайна Урал-61, бункера-перегружателя БП-14 и самоходного вагона ВС-17В. Техническая производительность данного комплекса составляет 3 т/мин. Вентиляция рабочей зоны осуществлялась вентилятором местного проветривания ВМЭ-6 с гибким вентиляционным ставом диаметром 500 мм. Производительность вентилятора в данных условиях работы составит 200–210 м3/мин. Средняя скорость движения данного комплекса – 30 м /смену. В пределах камеры выбрано 5 точек для проведения замеров от забоя через каждые 30–35 м к устью. Замеры проводились во время цикла погрузки самоходного вагона у комбайна.</p><p>Этапы замеров по пласту Кр-II и АБ включали в себя отбор проб воздуха для определения концентрации метана CH4, водорода H2, оксида углерода CO и кислорода O2. Кроме того, в местах отбора проб фиксировалось количество проходящего воздуха. Время отбора проб на каждом этапе, не считая подготовки к эксперименту, составило не более 10 мин.</p><p>Продуктивный пласт АБ на рудниках ВМКМС в отличие от пласта Кр-II характеризуется склонностью к выделению сероводорода H2S при его разработке [<xref ref-type="bibr" rid="cit15">15</xref>]. Поэтому отдельным этапом исследования был произведен отбор проб в камере по пласту АБ на определение сероводорода H2S. Замеры проводились в пределах того же выемочного блока в другой камере месяцем позже.</p><p>Третий этап эксперимента проводился в тупиковой камере длиной 100 м по пласту АБ. Добычное оборудование в пределах рабочей зоны состояло из комбайна Урал-61, бункера-перегружателя БП-14 и самоходного вагона ВС-17В. Проветривание рабочей зоны осуществлялось вентилятором местного проветривания ВМЭ-6 с гибким вентиляционным ставом диаметром 500 мм, производительностью 205–215 м3/мин. В пределах камеры были выбраны 3 точки для проведения замеров – у забоя, в середине и в устье камеры. Замеры проводились во время цикла погрузки самоходного вагона у комбайна. Серия замеров включала в себя отбор проб воздуха на определение концентрации сероводорода H2S, в точках отбора проб фиксировалось количество проходящего воздуха, кроме того, в забое на проходческом комбайне был размещен шахтный газоанализатор (см. рис. 4), который каждые 10 с фиксировал и сохранял значения концентрации сероводорода H2S. Время отбора проб составило 10 мин. Далее представлены результаты обработки проб по всем этапам эксперимента.</p></sec><sec><title>Результаты эксперимента</title><p>Анализ проб, отобранных хроматографическим и фотометрическим методом, предоставляет возможность оценить изменение концентрации горючих и токсичных газов по пути движения исходящей струи в камере от забоя до устья. Отбор трех проб в каждой точке позволяет оценить величину отклонения полученных данных и определить среднее значение концентрации. Обработка проб проводилась в лабораторных условиях с соблюдением всех необходимых климатических параметров. В соответствии с методикой анализ концентрации горючих газов проводился при раздельном определении концентрации метана и водорода с последующим их суммированием, %:</p><p>где С – концентрация представленного компонента, %.</p><p>Полученные результаты концентраций исследуемых компонентов представлены в виде точечных диаграмм. По средним значениям концентрации каждого компонента нанесены линии тренда.</p><p>Так, на рис. 5 и 6 представлены значения концентраций горючего газа (СН4 + Н2) и оксида углерода CO, полученные при анализе образцов, отобранных по всей длине камеры по пласту Кр-II в рамках первого этапа эксперимента.</p><p>Рис. 5. Концентрация горючего газа по пласту КР-II</p><p>Рис. 6. Концентрация оксида углерода по пласту КР-II</p><p>Согласно полученным результатам в рабочей зоне по пласту Кр-II наблюдается процесс снижения объемной доли исследуемых компонентов в воздухе по длине от забоя к устью камеры. За 150 м пути движения исходящей струи воздуха средняя концентрация горючих газов (СН4 + Н2) снизилась на 10 %, а средняя концентрация оксида углерода CO снизилась на 17 %.</p><p>Полученные значения концентрации горючих газов и оксида углерода при анализе проб воздуха, отобранных в рамках второго этапа эксперимента по пласту АБ, представлены на рис. 7 и 8.</p><p>Рис. 7. Концентрация горючего газа по пласту АБ</p><p>Рис. 8. Концентрация оксида углерода по пласту АБ</p><p>Результаты обработки проб, отобранных в рабочей зоне по пласту АБ, указывают на процесс снижения концентрации газовых примесей в атмосфере камеры от забоя к устью. За 130 м пути движения исходящей струи средняя концентрация горючих газов (СН4 + Н2) в воздухе снизилась на 37 %, а концентрация оксида углерода CO снизилась на 88 %.</p><p>Отбор проб по пласту АБ в рамках третьего этапа эксперимента проводился совместно с непрерывной фиксацией концентрации сероводорода H2S в забое с помощью шахтного газоанализатора. Показания газоанализатора в промежуток времени, когда происходил отбор проб воздуха, представлены в виде графика на рис. 9. </p><p>Средний показатель значения концентрации сероводорода H2S, зафиксированный газоанализатором у проходческого комбайна, где преимущественно выделяется газ из массива, составляет 0,0047 %. Значения концентрации сероводорода H2S, полученные в результате обработки проб воздуха, отобранных в рамках третьего этапа эксперимента по пласту АБ, представлены на рис. 10. </p><p>Результаты обработки проб воздуха, отобранных в рабочей зоне пласта АБ, указывают на снижение концентрации сероводорода по пути движения исходящей струи от забоя к устью камеры. За 100 м пути движения исходящей струи средняя концентрация сероводорода в воздухе снизилась на 90 %.</p><p>Рис. 9. Показания газоанализатора в забое</p><p>Рис. 10. Концентрация сероводорода по пласту АБ</p></sec><sec><title>Анализ результатов</title><p>Результаты замеров, проведенных в рамках данного исследования, отчетливо демонстрируют процесс снижения концентрации газовых примесей в воздухе протяженных рабочих зон по пути движения исходящей струи от забоя (источника выделения газа) до устья тупиковой камеры. Отбор проб в рабочих зонах продуктивных пластов КР-II и АБ позволяет оценить величину влияния массива разного минерального состава на поглощение газовых примесей из атмосферы тупиковой выработки [<xref ref-type="bibr" rid="cit16">16</xref>].</p><p>Полученные результаты показывают, что процесс снижения концентрации газовых примесей в атмосфере рабочей зоны по пласту АБ протекает более интенсивно, чем по пласту Кр-II, в условиях одинаковых длин тупиковых камер. В табл. 1 представлена доля снижения концентрации газовых примесей по разным пластам за 100 м пути вентиляционной струи в камере. Отрезок пути, равный 100 м, принят для приведения к единообразию условий для каждого этапа исследования.</p><p>Таблица 1</p><p>Снижение концентрации газа в очистной камере </p><p>Снижение концентрации газовых примесей по мере движения воздуха от забоя к устью камеры можно связать не только с поглощением газообразных примесей массивом горных пород[6] [<xref ref-type="bibr" rid="cit17">17</xref>], но и с разбавлением исходящей струи утечками свежего воздуха из вентиляционного трубопровода в атмосферу камеры. Оценить, насколько значительно сорбционные свойства массива влияют на снижение концентрации газовых примесей в исходящей струе, возможно только при определении количества утечек вентиляционного трубопровода на исследуемом отрезке [<xref ref-type="bibr" rid="cit18">18</xref>].</p><p>В рамках каждого этапа исследования проводились замеры с целью определения количества утечек из вентиляционного трубопровода. Так, в точках отбора проб производился замер количества проходящего воздуха с помощью рудничного крыльчатого анемометра. Замеры скорости воздуха в рамках данного исследования не показали значительной разницы между точками, выбранными в пределах камеры. Количество воздуха в каждой точке замеров варьировалось от 200 до 215 м3/с с учетом допускаемой паспортной погрешности используемого анемометра на данных скоростях +(0,03 + 0,02V), где V – численное значение измеряемой скорости, м/с.</p><p>В связи с невозможностью измерения количества утечек из вентиляционного трубопровода на исследуемом отрезке камеры в рамках данного исследования количество утечек воздуха принималось по нормативным показателям утечек вентиляционного трубопровода, приведенным в действующей нормативной документации, используемой на рудниках ВМКМС в части расчета количества требуемого воздуха для проветривания тупиковых камер[7]. Нормативный показатель утечек предполагает максимально возможное количество утечек из вентиляционного трубопровода без нарушений его целостности и при номинальной производительности вентилятора местного проветривания. В нормальных условиях для гибкого вентиляционного трубопровода длиной 100 м коэффициент утечек принимается равным 1,07. Следовательно, на исследуемых принятых к учету отрезках тупиковых камер по пластам Кр-II и АБ количество воздуха у забоя принимается на 7 % ниже, чем количество воздуха, проходящее через устье камеры.</p><p>Известные значения количества воздуха позволяют пересчитать зафиксированные значения концентрации газа, %, в количество газа, проходящего в исследуемых точках, м3/мин. При оценке величины изменения количества газа, м3/мин, проходящего по выработке, исключается фактор влияния утечек воздуха из вентиляционного трубопровода на количество вредных примесей по пути движения вентиляционной струи (от забоя до устья камеры). Следовательно, изменение количества газа, проходящего по выработке, говорит о влиянии свойств массива горных пород, прилегающего к выработке, на газовый баланс в пределах тупиковых камер рудников ВМКМС.</p><p>В табл. 2 представлены изменение среднего количества газовых примесей, проходящих по выработке, и величина сорбционных свойств массива по каждому пласту, определенная в рамках эксперимента.</p><p>Таблица 2</p><p>Снижение количества газа в исследуемых рабочих зонах</p><p>*в пределах совокупной погрешности методик измерений.</p><p>Представленные в табл. 2 данные указывают, что количество газа в тупиковых камерах снижается от забоя к устью. Наиболее интенсивный процесс снижения концентрации газовых примесей протекает в тупиковых камерах по пласту АБ, что подтверждают лабораторные эксперименты [<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>], где более насыщенный минеральный состав сильвинита KCl оказывает преимущественное влияние на сорбцию газовых примесей.</p><p>Весьма незначительное снижение количества горючих газов и оксида углерода по пласту Кр-II не позволяет сделать четких выводов о сорбционных свойствах массива по данному пласту. Незначительное изменение показателей может быть обусловлено погрешностью используемого оборудования и методики измерения. Отследить величину снижения газовых примесей по пласту Кр-II возможно при увеличении длины исследуемой выработки.</p><p>[<xref ref-type="bibr" rid="cit6">6</xref>] Горбатенко Ю. А. Адсорбция примесей токсичного газа из загрязненного воздуха. 2014.</p><p>[<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>] Временная инструкция по расчету количества воздуха, необходимого для проветривания рудных шахт. 1983.</p></sec><sec><title>Заключение</title><p>В рамках работы была проведена серия экспериментальных наблюдений в условиях подземных тупиковых выработок калийного рудника по продуктивным пластам Кр-II и АБ. По результатам проведенных экспериментов выполнен анализ воздействия сорбционных свойств калийных солей на газовую обстановку в пределах тупиковых рабочих зон. Проведена оценка влияния утечек воздуха из вентиляционных трубопроводов на уменьшение концентрации газообразных примесей.</p><p>В ходе проведенных экспериментальных исследований было выявлено, что в протяженных тупиковых камерах продуктивного пласта АБ (длиной 100 м и более) наблюдается снижение концентрации газовых примесей вдоль выработки в направлении от забоя к устью. Полученные данные согласуются с результатами предыдущих лабораторных экспериментов [<xref ref-type="bibr" rid="cit9">9</xref>], в которых было показано, что калийная соль способна абсорбировать оксид углерода CO и горючие газы, такие как водород H₂ и метан CH. Кроме того, в рамках этого исследования были проведены эксперименты на продуктивном пласте АБ с целью изучения динамики изменения концентрации выделяющегося при отбойке руды сероводорода H₂S по мере продвижения вентиляционной струи от забоя до устья камеры. Результаты экспериментальных исследований показали, что средняя эффективность сорбции сильвинита по пласту АБ с концентрацией KCl 39 % при прохождении вентиляционной струи на расстояние 100 м от тупика к устью тупиковой горной выработки составила 31 % для горючих газов – водорода H₂ и метана CH₄, 75 % – для оксида углерода CO и 88 % – для сероводорода H2S. При проведении исследований учитывались факторы, которые могут влиять на уменьшение концентрации газа в рабочей зоне. Коэффициент утечки вентиляционного трубопровода был учтен при переходе от концентрации газообразных примесей к объему газа, проходящего через контрольные точки измерений.</p><p>Исследование представляет собой продолжение работы по изучению сорбционных свойств калийных солей в отношении поглощения горючих и токсичных газовых компонентов из рудничной атмосферы. Наблюдения за влиянием сорбционных характеристик калийных солей на газовый состав атмосферы в протяженных тупиковых выработках калийного рудника ВМКМС проводились как продолжение серии лабораторных экспериментов [<xref ref-type="bibr" rid="cit7">7</xref>]. Результаты данной работы будут способствовать дальнейшему развитию методологии оценки факторов, влияющих на состав рудничной атмосферы в пределах тупиковых выработок, а также послужат основанием для разработки методики проведения газовых съемок в рабочих зонах калийных рудников. В будущем планируется масштабировать проведенные исследования на всех рудниках ВМКМС для накопления статистических данных и апробации усовершенствованной методики проведения газовых съемок на калийных рудниках.</p></sec></body><back><ref-list><title>References</title><ref id="cit1"><label>1</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Кузьминых Е. Г., Левин Л. Ю., Мальцев С. В. Распределение продуктов выхлопных газов техники с двигателями внутреннего сгорания в шахтной вентиляционной сети. Горное эхо. 2023;(2):96–103. https://doi.org/10.7242/echo.2023.2.17</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Kuzminykh E. G., Levin L. Yu., Maltsev S. V. Distribution of exhaust gas products from machinery with internal combustion engines through the shaft ventilation system. Gornoye Ekho. 2023;(2):96–103. (In Russ.) https://doi.org/10.7242/echo.2023.2.17</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit2"><label>2</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Трушкова Н. А. Исследование газового состава рудничного воздуха для оценки возможности применения рециркуляционного проветривания. Горное эхо. 2019;(3):84–87. https://doi.org/10.7242/echo.2019.3.23</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Trushkova N. A. Investigation of the gas composition of mine air to assess the possibility of using recirculating ventilation. Gornoye Ekho. 2019;(3):84–87. (In Russ.) https://doi.org/10.7242/echo.2019.3.23</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit3"><label>3</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Медведев И. И., Красноштейн А. Е. Аэрология калийных рудников. Свердловск: АН СССР; 1990. С. 119–126.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Medvedev I. I., Krasnoshtein A. E. Aerology of potash mines. Sverdlovsk: Academy of Sciences of the USSR; 1990. Pp. 119–126. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit4"><label>4</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Баранников В. Г., Красноштейн А. Е., Папулов Л. М. и др. Спелеотерапия в калийном руднике. Екатеринбург: Изд-во УроРАН; 1996. Т. 173.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Barannikov V. G., Krasnoshtein A. E., Papulov L. M. et al. Speleotherapy in a potash mine. Yekaterinburg: Publishing House of the Ural Branch of the Russian Academy of Sciences; 1996. Vol. 173. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit5"><label>5</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Puławska A., Manecki M., Flasza M. et al. Origin, distribution, and perspective health benefits of particulate matter in the air of underground salt mine: a case study from Bochnia, Poland. Environmental Geochemistry and Health. 2021;43(9):3533–3556. https://doi.org/10.1007/s10653-021-00832-2</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Puławska A., Manecki M., Flasza M. et al. Origin, distribution, and perspective health benefits of particulate matter in the air of underground salt mine: a case study from Bochnia, Poland. Environmental Geochemistry and Health. 2021;43(9):3533–3556. https://doi.org/10.1007/s10653-021-00832-2</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit6"><label>6</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Calin M., Zoran M., Calin M. Radon levels assessment in some Northern Romanian salt mines. Journal of Radioanalytical and Nuclear Chemistry. 2012;293(2):565–572. https://doi.org/10.1007/s10967-012-1686-1</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Calin M., Zoran M., Calin M. Radon levels assessment in some Northern Romanian salt mines. Journal of Radioanalytical and Nuclear Chemistry. 2012;293(2):565–572. https://doi.org/10.1007/s10967-012-1686-1</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit7"><label>7</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Yao N., Chen J., Feng R. et al. Mechanistic understanding of adsorption of low concentrations of N-nitrosodiethylamine in water by functional MIL-96: experiments and theoretical calculations. Chemical Engineering Journal. 2022;451(3):138761. https://doi.org/10.1016/j.cej.2022.138761</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Yao N., Chen J., Feng R. et al. Mechanistic understanding of adsorption of low concentrations of N-nitrosodiethylamine in water by functional MIL-96: experiments and theoretical calculations. Chemical Engineering Journal. 2022;451(3):138761. https://doi.org/10.1016/j.cej.2022.138761</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit8"><label>8</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Yang D., Peng X., Peng Q. et al. Probing the interfacial forces and surface interaction mechanisms in petroleum production processes. Engineering. 2022;18:49–61. https://doi.org/10.1016/j.eng.2022.06.012</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Yang D., Peng X., Peng Q. et al. Probing the interfacial forces and surface interaction mechanisms in petroleum production processes. Engineering. 2022;18:49–61. https://doi.org/10.1016/j.eng.2022.06.012</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit9"><label>9</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Суханов А. Е., Бруев Н. А., Газизуллин Р. Р., Стариков А. Н. Исследование сорбционных свойств солей на примере газов, содержащихся в атмосфере калийных рудников. Известия Тульского государственного университета. Известия Тульского государственного университета. Науки о земле. 2023;(1):495–507. https://doi.org/10.46689/2218-5194-2023-1-1-495-507</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Sukhanov A. E., Bruev N. A., Gazizullin R. R., Starikov A. N. Research of sorption properties of salt on the example of gases contained in the atmosphere of potash mines. Izvestija Tulskogo Gosudarstvennogo Universiteta. Nauki o Zemle. 2023;(1):495–507. (In Russ.) https://doi.org/10.46689/2218-5194-2023-1-1-495-507</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit10"><label>10</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Кузнецова Ю. Л. Эволюция размера растворимой аэрозольной частицы во влажном воздухе. Вычислительная механика сплошных сред. 2022;15(1):31–44. https://doi.org/10.7242/1999-6691/2022.15.1.3</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Kuznetsovа Y. L. Size evolution of a soluble aerosol particle in air. Computational Continuum Mechanics. 2022;15(1):31–44. https://doi.org/10.7242/1999-6691/2022.15.1.3</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit11"><label>11</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Баранников В. Г., Черешнев В. А. Гигиеническая оценка процессов самоочищения воздуха в калийном руднике. В: Проблемы безопасности при эксплуатации месторождений полезных ископаемых в зонах градопромышленных агломераций: тезисы докладов Международного симпозиума. М., Пермь; 1995. С. 12–13.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Barannikov V. G., Chereshnev V. A. Hygienic assessment of air self-purification processes in a potassium mine. In: Safety problems in the exploitation of mineral deposits in urban agglomerations: Abstracts of the International Symposium. Moscow, Perm: 1995. Pp. 12–13. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit12"><label>12</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Исаевич А. Г., Стариков А. Н., Мальцев С. В. Совершенствование метода отбора проб воздуха для определения относительной газообильности горючих газов в рудничной атмосфере. Горный информационно-аналитический бюллетень. 2021;(4):143–153. https://doi.org/10.25018/0236_1493_2021_4_0_143</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Isaevich A. G., Starikov A. N., Maltsev S. V. Improvement of air sampling method to determine relative concentration of combustion gases in mine air. Mining Informational and Analytical Bulletin. 2021;(4):143-153. (In Russ.) https://doi.org/10.25018/0236_1493_2021_4_0_143</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit13"><label>13</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Норина Н. В., Исаевич А. Г. Разработка методов и технических средств нейтрализации серосодержащих соединений в атмосфере калийных рудников. Известия Тульского государственного университета. Науки о земле. 2021;(4):550–557.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Norina N. V., Isaevich A. G. Methods and technical means of neutralization sulfur-containing gases in the atmosphere of potassium mines. Izvestija Tulskogo Gosudarstvennogo Universiteta. Nauki o Zemle. 2021;(4):550–557. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit14"><label>14</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Сметанников А. Ф., Филиппов В. Н. Некоторые особенности минерального состава соляных пород и продуктов их переработки (на примере Верхнекамского месторождения солей). Проблемы минералогии, петрографии и металлогении. Научные чтения памяти П. Н. Чирвинского. 2010;13:99–113.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Smetannikov A. F., Filippov V. N. Some features of the mineral composition of salt rocks and their processed products using the example of Verkhnekamskoe salt deposit. Problems of Mineralogy, Petrography and Metallogeny. Scientific Readings in Memory of P.N. Chirvinsky. 2010;13:99–113. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit15"><label>15</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Земсков А. Н., Лискова М. Ю. Особенности формирование компонентного состава газов калийных месторождений. Известия Тульского государственного университета. Науки о земле. 2019;(2):88–97.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Zemskov A. N., Liskova M. Yu. Features formation of component composition of gases of potash fields. Izvestija Tulskogo Gosudarstvennogo Universiteta. Nauki o Zemle. 2019;(2):88–97. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit16"><label>16</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Газизуллин Р. Р., Исаевич А. Г., Левин Л. Ю. Численное моделирование процессов выноса вредных примесей рудничной атмосферы при проветривании тупиковых выработок различными способами. Научные исследования и инновации. 2011;5(2):127–129.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Gazizullin R. R., Isaevich A. G., Levin L. Yu. Numerical modeling of the processes for removing harmful impurities from mine atmosphere during ventilation of dead-end workings using various methods. Scientific Researches and Innovations. 2011;5(2):127–129. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit17"><label>17</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Красноштейн А. Е. Физико-химический механизм в процессе адсорбции ядовитых примесей рудничной атмосферы калийными солями. Пермь: Пермский политехнический ин-т.; 1977.</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Krasnoshtein A. E. Physico-chemical mechanisms in the process of adsorption of toxic impurities from the mine atmosphere using potash salts. Perm: Perm Polytechnic Institute; 1977. (In Russ.)</mixed-citation></citation-alternatives></ref><ref id="cit18"><label>18</label><citation-alternatives><mixed-citation xml:lang="ru">Zhu X., Wen H. Numerical simulation study on the influence of air leakage on oxygen concentration in goafs of fully mechanized caving mining with shallow buried and large mining height. Frontiers in Earth Science. 2023;11:1138925. https://doi.org/10.3389/feart.2023.1138925</mixed-citation><mixed-citation xml:lang="en">Zhu X., Wen H. Numerical simulation study on the influence of air leakage on oxygen concentration in goafs of fully mechanized caving mining with shallow buried and large mining height. Frontiers in Earth Science. 2023;11:1138925. https://doi.org/10.3389/feart.2023.1138925</mixed-citation></citation-alternatives></ref></ref-list><fn-group><fn fn-type="conflict"><p>The authors declare that there are no conflicts of interest present.</p></fn></fn-group></back></article>
